Технический дайвинг — это погружения на большую глубину, когда обычные рекреационные дайверы давно остановились. Если предел для обычного дайвера — около 40 метров, то технические дайверы уходят на 60, 80, 100 и даже более метров. Это совершенно другой мир, требующий специального снаряжения, подготовки и психологической устойчивости.
Наш собеседник — Евгения Кулиш, инструктор по техническому дайвингу, чей личный рекорд глубины составляет 145 метров.
— Как случилось, что вы стали заниматься сверхглубокими погружениями?
Я пришла в дайвинг в 23 года и довольно быстро прошла через все уровни рекреационного обучения. Мне хотелось большего — больше глубины, больше адреналина, больше вызова. Так я оказалась в техническом дайвинге.
— Но вы же не сразу пришли к сверхглубоким погружениям?
Конечно, нет. Это было постепенное продвижение — от 50 метров к 70, потом к 100 и далее. Каждый новый уровень глубины требовал новых навыков, нового снаряжения и новых газовых смесей.
— Такие погружения — это, вероятно, очень опасно?
Сверхглубокие погружения — это всегда «русская рулетка». На глубине свыше 100 метров многое может пойти не так, и помощь оказать практически невозможно. Если у вашего напарника возникла проблема на 130 метрах — вы не можете ему помочь, потому что попытка спасения погубит вас обоих. Это как на Эвересте — там действуют те же законы выживания.
— Это накладывает отпечаток на отношения внутри группы дайверов?
Безусловно. Люди, которые вместе ходят на такие глубины, связаны особыми отношениями. Это абсолютное доверие и понимание, что каждый отвечает прежде всего за себя. Нет места для слабости или неподготовленности.
— Расскажите о людях, которые занимаются сверхглубокими погружениями.
Это очень узкое сообщество. В мире не так много людей, которые регулярно погружаются глубже 100 метров. Все друг друга знают, встречаются на специализированных экспедициях и тренировках.
— Сколько погружений вы совершили?
Точное число назвать сложно, но несколько тысяч — точно. Из них сверхглубоких (более 100 метров) — несколько десятков.
— А приходилось ли участвовать в погружениях в условиях зимы?
Да, мы ныряли зимой в карьерах и озёрах. Это добавляет ещё один уровень сложности — холодная вода, ограниченная видимость, необходимость в сухом костюме и дополнительном утеплении.
— Что вы чувствуете на глубине?
Мой самый глубокий рекорд — 145 метров в Египте, недалеко от Хургады. На такой глубине ощущения очень интенсивные. Психологическое давление нарастает с каждым метром после отметки 100. Адреналин, концентрация и одновременно — невероятная красота абсолютной глубины.
— Есть ли в совместных поездках дайверов какие-то традиции?
Конечно! Мы всегда отмечаем успешные погружения, делимся впечатлениями, разбираем каждое погружение в деталях. Это важная часть культуры технического дайвинга — постоянный анализ и обучение.
— Есть ли у сверхглубоких погружений какие-то исследовательские или любые другие цели?
Иногда да — исследование затонувших объектов, подводных пещер, геологических формаций. Но чаще всего это личный вызов и стремление расширить границы возможного.
— Почему вы перестали заниматься сверхглубокими погружениями?
Я стала мамой, и приоритеты изменились. Когда у тебя есть ребёнок, риски воспринимаются совершенно иначе. Но я не исключаю, что когда-нибудь вернусь к этому.